Информация

Воспитательное пространство

Родителям

Учительская

СППС информирует

Профориентация

Общественные организации

Пункт коррекционно-педагогической помощи

Вы можете поделиться своими переживаниями, чувствами и рассказать о событиях, чтобы вернуться к нормальному жизненному состоянию на консультации у психолога.

Мы готовы Вас выслушать поддержать и помочь принять необходимое для Вас решение.

 В кризисной ситуации обращайтесь по телефонам: 

23-40-89, 8 044 5618257 

Телефон горячей линии по вопросам насилия:

8-044-7-607-603

Просить о помощи в трудную минуту-это проявление не слабости, а силы духа. 

ЦЕЛЬ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СОЦИАЛЬНОГО КРИЗИСНОГО ЦЕНТРА ДЛЯ ЖЕНЩИН: 

— предоставление ряда услуг для женщин с детьми в кризисной ситуации, а также для жертв семейного насилия.

 — реализация проекта направлена на поддержку женщин и детей в трудной для них ситуации, на защиту прав женщин и детей. 

ЦЕНТР ОКАЗЫВАЕТ СОЦИАЛЬНЫЕ УСЛУГИ СЛЕДУЮЩИМ КАТЕГОРИЯМ: 

Подробнее...

    Ребенка нельзя отдать в школу поздно, потому что все зависит от того, в какую школу вы отдаете, какому учителю, что будут делать в этой школе. Все, что происходит в школе, ребенку может быть интересно, а может быть и неинтересно. Вне зависимости от того, в каком возрасте он идет, ему всегда интересно то, что у него получается, то, от чего он чувствует успех, и это поддерживает его мотивацию к учебе.

  До школы этому практически невозможно научить, потому что это то, что называется «Учебная мотивация». Но можно сформировать так называемую школьную мотивацию. Это понятие гораздо более широкое, чем учебная мотивация, потому что в школе может быть интересна не только учеба.

   Когда я спрашиваю учащихся начальной школы, что им больше всего нравится в школе, я довольно часто слышу ответ – перемена. А когда я спрашиваю, какое занятие больше всего нравится, отвечают − «физкультура и пение». Ничто не меняется. Для того чтобы не отбить охоту, вы должны с ребенком делать то, что ему интересно, давать ему положительные эмоции, и у вас получится.

   Нужно ставить перед ребенком адекватные задачи. Не заставлять его делать то, что у него не выходит. Нужно всегда идти последовательно в процессе научения ребенка: сначала самое простое, потом сложнее.

   Я очень люблю пример со шнуровкой ботинок. Если вы хотите объяснить ребенку, как зашнуровать шнурки самым элементарным способом, то важно делать это последовательно, а не так, что «посмотри, как я это делаю, раз-раз-раз и бантик». Так ребенок не научится, а если мы будем делать последовательные шаги, показывая, рассказывая, объясняя, то у него будет получаться.

   Если приготовление домашних заданий становится непреодолимым препятствием, значит, здесь есть две большие ошибки.

   Первая – родители в течение первого года обучения или даже нескольких первых лет готовят уроки вместе с детьми: сидят рядом, контролируют каждый шаг ребенка, следят за выполнением домашнего задания, буквально говорят – «нет, нет, руку сюда не веди, видишь, у Марьи Ивановны крючочек написан вот так». Или заставляют делать сначала на черновике, потом переписывать на чистовик, и чистовик всегда хуже черновика, потому что ребенок очень быстро устает. А через некоторое время родители вдруг спохватываются и решают, что ребенок должен сам выполнять домашние задания.

   И вот тут начинаются скандалы, истерики, дети отказываются выполнять домашние задания самостоятельно, об удовольствии речь вообще не идет. И тогда придется приложить гораздо больше усилий, объяснить все ребенку, показать и быть рядом, но не за спиной. Рядом – значит в соседней комнате, в другом углу, заниматься при этом своими делами. Взрослый всегда может найти объяснение, у него, к примеру, котлеты на плите, в ванной не стирано белье, надо сказать ребенку: «Я тут рядом, если тебе что-то будет непонятно, пожалуйста, я всегда приду, все объясню, но ты делаешь это сам».

   И в первые недели, месяцы, в первые полгода, когда детям еще фактически не задают домашнее задание или заданий немного, это сделать просто. Но если вы рядом с ребенком сидите уже два года, а в третьем классе решили, что он должен делать все сам, то это беда.

   Но все равно придется начинать маленькими шагами – объяснять, оставлять, придумывать себе дело и уходить. Ребенок не будет соглашаться, станет требовать, чтобы вы сидели рядом. Но это нужно сделать, этого не избежать, иначе он никогда не научится работать самостоятельно.

 1. Деби Глиори. «Что бы ни случилось».

Книга о безусловной любви и принятии. О том, чему мы, родители, учимся всю свою родительскую жизнь.

 2. Деби Глиори. «Непогода». О том, как в материнских объятиях любые катаклизмы становятся даже не неприятностями, а так – пустяками и чепухой.

 3. Гвидо ванн Генехтен. «Самый первый поцелуй». О том, как кто-то когда-то подарил кому-то первый поцелуй. Звери гадают, что такое поцелуй и каков он может быть, предлагая свои прекрасные варианты.

4. Анна Казалис. «Мама, я тебя люблю». Четыре истории о любви.

5.Стивен Ломп. «Мамазавр». Короткая история поиска мамы крошкой-динозавриком.

6. Ютта Лангройтер. «А дома лучше». История про зайчика Джоси, который решил уйти из дома. Изумительные герои, ведущая роль мамы и непременно мораль, вынесенная в название.

 7. Ютта Лангройтер. «Вместе лучше». Про любовь, но на этот раз к братьям и сестрам. Особенно хороша для сиблингов, конечно, но и первенцу придется по нраву.

 8. Джулия Дональдсон. «Хочу к маме». Потерялась обезьянка! Кто же поможет ей найти маму? Маленький голубой мотылек! Но всё не то и не то: разве летучая мышь похожа на маму? А слон? Или паук? Нет, нет и НЕТ! Наконец, находится… папа!

 9. Сэм Макбратни. «Знаешь, как я тебя люблю?».

10. Джонатан Эммет. «Люблю тебя всегда и навсегда». Малыш-Короткохвостик скоро вырастет и станет умнее, сильнее, проворнее своей мамы-мышки. Мама об этом знает. Но одно останется неизменным – мамина любовь.

11. Сара Нэш. «Самые нежные объятия в мире». Стоило только маме выйти из логова, как малыш-леопард заскучал по ее урчанию и ласковым лапкам и пошел ее искать. Многие звери предлагают ему свои объятия, но разве что-то сравнится с мамиными?

12. Бет Шошен. «Всегда вместе». «Что бы я ни делал, что бы ты ни делала, давай делать это вместе!» – прекрасная мысль книги о маленьком зайчонке и его маме, которая непременно заставит вас улыбнуться. Прозрачная, очень добрая и объединяющая история нежной любви.

13. Гвидо ванн Генехтен. «Потому что я тебя очень люблю».

Читайте! Читайте утром, читайте днем, читайте на ночь. Любви вашим семьям!

   Мальчики плачут. Дяденьки плачут. И ничего тут нет, кроме дурацкой фрустрации, в которую мы вгоняем мальчика. Подумайте сами: я плачу, мне 10 или 12 лет, и тут появляется человек, который говорит: «Мальчики не плачут». Что со мной? Я не мальчик в этот момент? Я девочка? Птичка? Кто я? Сама постановка вопроса, в общем-то, не вполне адекватная. Понимаете? Вот вы задаете мне вопрос, а я отвечу: «Женщины не задают такой вопрос!»

   Во-первых, я демонстрирую в этот момент собственную ограниченность – как будто я знаю, как поступают мужчины, женщины, мальчики, девочки, лошадки, овечки и так далее. Это не так. Во-вторых, я вообще-то вас оскорбляю в этот момент, правда? Я отнимаю у вас что-то.

Я мальчик, плачу я или нет.

   А в-третьих, чем, строго говоря, плач отличается от смеха? Пугает больше, правда? Плач ассоциируется у нас с тяжелыми ситуациями. Но это такое же выражение эмоций.

   С возрастом это проходит, формируются другие модели выражения эмоций. Почему они возникают? Ну, потому что рядом со мной находятся другие люди, которые реагируют другим способом. Я так же, как всему остальному, учусь − я и этому учусь. Учусь владеть собственной чувственной партитурой, и поэтому у меня появляются свои инструменты выражения эмоций помимо плача, я знаю, что с ними делать. Вот и все, собственно.

   Бывают ситуации, когда папа не может выносить слез сыновей. У кого проблема? Очевидно, у папы. Надо что-то с собой делать. Не обязательно бежать к клиническому психотерапевту, но хорошо бы осознать, что происходит. Сейчас папа перекладывает это на сыновей. В данный момент первый шаг − осознание.

   Знаете, бывают такие дяденьки, которые не выносят женских слез? Большинство из вас с такими встречались. С их точки зрения, происходит некий внутренний коллапс − «у меня как у мужика». Появляются внутренние воспоминания: девочки плачут, мама плачет, я боюсь манипуляций. В общем, раздрай и кошмар.

   Очевидно, что это проблема не женщины, которая плачет. Это проблема конструктивная, и она моя как мужчины. Если мужчина не выносит женских и детских слез, значит, это откуда-то возникло. Вероятно, из какой-то привычки, из детства. Например, я плакал, и меня раз за разом за это наказывали тем или иным способом – физически или нет, неважно. И у меня выработалось вот это внутреннее стойкое сопротивление даже намеку на слезы. Потому что этот намек мною прочитывается как наказание, я боюсь этого и бегу от этого.

   И поэтому я переношу это на жену, на детей, на кого угодно. Не могу этого слышать. Делаю шаг, чтобы понять, что со мной в этот момент происходит. Потому что когда плачет мой сын, трех-четырех или пяти-семи лет, очевидно, что в этот момент надо ему помочь каким-то образом, предложить помощь − и это все. Еще раз – желание заткнуть его, сделать так, чтобы этого не случилось, – идет откуда-то издалека. И неважно, откуда именно, важно понять, что со мной как с папой в этот момент происходит.

   Как бы нам ни хотелось иметь независимого ребенка, всегда надо задавать себе вопрос: "Eсли я сейчас отвезу его в центр города и там оставлю, сможет ли он без меня существовать? То есть, на самом деле мой ребенок так независим, как мне того хочется, или мне это кажется?"

   Пока ребенок зависим, он должен все-таки зависеть от нас и от тех, кто заботится о нем. Послание, которое мы должны излучать всем своим существованием: «Положись на меня! Я позабочусь о тебе. Ничего не бойся. Ты можешь довериться мне. Твои проблемы – мои проблемы». При этом, когда мы предлагаем ребенку, который ничего нам не должен, вот эту великодушную зависимость, которая есть потому, что мы его мама или папа, его родитель, а он наш ребенок – он нам абсолютно ничего не должен за эту зависимость.

   Задача родителей – быть великодушными, когда они предлагают зависимость. Показывать, что предложение зависеть родитель делает не из чувства долга. Не потому, что там Ольга Писарик сказала, что хорошие родители делают вот так, не потому, что так нужно, не потому, что это принято. А потому, что приятно, потому что в любви.

   Если проводить аналогии со взрослыми, то когда вы влюблены в такой острой фазе, то, в общем-то, только и озабочены тем, как бы позаботиться о своем партнере, сделать так, чтобы облегчить ему жизнь.

   Я наблюдала ситуации, в которых ребенку отказывали в зависимости постоянно, причем не из плохих побуждений, а просто не видели… Ребенок не настаивал, а они не видели пользы в зависимости или не видели необходимости: «Ну, не просит – и не просит». А ребенок может быть чувствительный, может быть, попросил пару раз – отказали. Получать отказ от зависимости очень болезненно. Я знаю по себе. По крайней мере, в отношениях партнерских.

   Когда сложные отношения, как попросить? Проще язык себе откусить. Начинаешь делать сам, из последних сил будешь делать сам. И партнер вроде как радуется: «Баба с воза – кобыле легче, мне не нужно уже этим заниматься». А вы понимаете, что глубоко внутри идет трещина и нарушены отношения, что так неправильно...

В безопасных отношениях просить легко – и это нормально.

   Когда мы становимся родителями, то больше не можем быть беззаботными и владеть своей жизнью, как раньше. Даже когда дети под надежным присмотром, мы проверяем, как дела, и готовы бросить все и лететь на помощь.

   А если вдруг ребенок при нас подбегает близко к дороге или выглядывает из окна, то мы инстинктивно действуем с решительностью тигра:

- буквально выдергиваем за шкирку и тащим в безопасное место;
- громко рычим, чтобы показать опасность;

- демонстрируем всем своим видом, что случилось страшное и серьезное;
- и в сердцах даже можем «наподдать лапой», чтобы больше так никогда не делал.

   А еще ругаем, запрещаем и пугаем, что больше не будем помогать, поэтому ребенку придется разбираться самому. Мы делаем все, лишь бы он усвоил урок и в следующий раз был в безопасности. И только позднее, когда нас немного отпускает, мы начинаем успокаивать напуганного ребенка.

Подробнее...